Позже ему удалось восстановиться в МВД республики, где он начинал свою карьеру до начала первой чеченской кампании. Теперь, когда Аслан приезжал по каким-либо делам в Россию, Расул под разными предлогами умудрялся на время оставить службу и превратиться в тень своего хозяина по имени Нияз. Помощь действующего сотрудника милиции была всегда кстати. Вот и сейчас у себя в отделе он числился в отпуске. Высокий тридцатипятилетний чеченец, представитель тейпа Игхуш-батой был умен, расчетлив и ни при каких обстоятельствах не терял над собой контроль, что было большой редкостью для чеченцев. В стрельбе ему не было равных. Умел в считаные секунды голыми руками отправить на тот свет человека. В то же время он абсолютно не походил на убийцу. Всегда аккуратно подстрижен. Спокойный, даже, можно сказать, добрый взгляд. Слегка вздернутые уголки губ, как будто застывшие в снисходительной улыбке, сводили с ума красавиц многих национальностей. Но особо Аслан ценил его память. Нияз-Расул мог перечислить номера обогнавших их машин на участке в добрую сотню километров спустя час после окончания пути; быстро освоил английский.

В комнату вновь вошел Алаш и бесшумно сел в кресло.

– Интересно, а зачем Нияз позволил им это сделать? – неожиданно ощутив новый прилив тревоги, спросил Тарамов. – Почему не схватил воришек на месте?

– Неизвестно, что это за люди. Устраивать разборки во дворе, где живем, опасно. Вдруг они из милиции или ФСБ? Нияз сейчас дождется, когда они окажутся подальше от этих мест, и постарается выяснить. Он уже связался с Хакимом. Тот отправил подмогу.

– Зачем этим шакалам понадобились номера?! – задумчиво продолжал рассуждать Тарамов.

– Не знаю. – Алаш пожал плечами. – Возможно, они нас провоцируют, чтобы мы что-то предприняли?

– В таком случае не проще ли обратиться в милицию? – удивился Аслан.

– А если это наши конкуренты?